«Воинская служба в рядах Вооруженных сил СССР – почетная обязанность советских граждан».
Статья 63 Конституции СССР.
Часть первая. По дороге в армию
Выполнить почетную обязанность меня призвали в семьдесят четвертом почти сразу после окончания техникума. Пришла повестка: явиться на призывной пункт такой-то такого-то числа. С вещами.
Новость была ожидаемой и не явилась громом среди ясного неба. Тогда служили все: и дети токарей, и дети директоров заводов. Я не помню случая, чтобы кто-то из моих друзей, приятелей или знакомых (а их тогда у меня было очень много) пытался, как сегодня говорят, откосить от армии. Не отслужить в армии было стыдно. «Больной, наверное», – так говорили про тех, кто не служил (по разным причинам). Да и девчонки к таким относились с опаской. Так что все ребята с нашего двора и все парни, с которыми я учился в одной группе, служили. И никогда не жалели об этом, хотя многим и досталось под самую завязку. Дедовщина… Это было пугало, которого страшились все. В том числе и я. Еще было большим несчастьем попасть в «учебку». Где, по рассказам уже отслуживших парней, тебя «высушат, вы… и еще раз высушат». Никакого иного беспокойства призыв в армию у меня не вызывал.
Получив повестку, я постригся налысо, как тогда и полагалось, и влился в число призывников, которые тогда по весне и осени встречались в городе на каждом шагу. Многие из них шатались по городу полупьяные, но милиция их не трогала: им ведь скоро в армию идти.
А какие закатывались проводы! Некоторые свадьбы казались рядовыми гулянками по сравнению с размахом проводов. Водка текла рекой, закусок не всегда хватало, поскольку провожать парня в солдаты приходили все: родственники, друзья, подружки, одноклассники, одногруппники, соседи, знакомые и прочие личности, охочие до дармовой выпивки. А рано утром вся компания вываливалась из дома и топала пешком на призывной пункт, похмеляясь по дороге и горланя песни:
Ах, куда ты парене-ок, ах, куда-а ты-и-и?
Не хади-ил бы ты Ване-ок (Васек, Артем, Семен, Лексей, Санек и проч.) ва салдаты-и-и...
У ворот военкомата провожающие вливались в толпу, составленную из других провожающих. Стоял шум, гвалт, где-то фальшиво играл баян, рядом бренчали на гитаре. Веселье было пьяным. Со слезой, а кое-где и с отчаянием.
В восемь или в девять утра из ворот вышел майор и стал громко выкрикивать фамилии. Назвали и мою. Я попрощался с мамой, Олькой и остальными и прошел в ворота. Все. Гражданская жизнь закрылась за мной вместе с воротной калиткой. Через пару часов пришел автобус, нас погрузили в него и повезли на вокзал. Мы махали невесть кому в окошки и орали всякую чушь. Мельком я увидел маму и Ольку. Она стояла растерянная, глаза были сухими. А мама плакала...
В автобусе было шумно. Даже весело. Мы все были ровней, делить было нечего, поэтому никаких конфликтов не возникало. В дальнем углу парень громко рассказывал анекдоты, один за другим, и дружный гогот, вспыхивающий всякий раз по окончанию очередной байки, вселял уверенность, что все идет как надо. Мы хорохорились, хотя неизвестность пугала.
На вокзал мы приехали притихшими. Нас опять выстроили. Какой-то капитан, материализовавшийся невесть откуда, приказал сложить рюкзаки у ног, и мы почему-то тотчас подчинились. Прикажи он нам это сделать на «гражданке», его бы сразу послали известно куда. А тут...
С капитаном материализовались два сержанта срочной службы, к которым у многих из нас вспыхнула зависть: как же, уже сержанты, еще год или даже полгода – и домой. А у нас служба еще и не началась. Многие из нас подумали тогда, что два года – срок до-олгий.
– Спиртное есть? – спросил капитан и наклонился над одним из рюкзаков.
– Нет, – ответил владелец рюкзака.
– А у вас? – перевел капитан взгляд на меня.
– Нет, – сказал я и посмотрел на капитана открытым и честным взором.
– Хорошо, – изрек он, после чего нас стали рассаживать по вагонам.
Не помню, сколько нас было в плацкарте. Наверное, человек шесть. Или восемь. Мы сидели молча и смотрели в окно, ожидая, когда тронется поезд. А когда он тронулся, тут все и началось… Нет, началось, наверное, минут через двадцать. На откидных столиках появилось вино, водка и кое-какая закуска. Ведь почти у каждого из нас в рюкзаках было кое-что припрятано. Замотанное в такое же старье, что было на нас надето, и что не жалко было выбросить.
Пировали мы шумно. Капитана не было видно, но иногда к одной из компаний подходил сержант, строго смотрел на ее участников, ему подносили, и он уходил, чтобы через время вернуться вновь. Так мы и ехали до самого пункта назначения. Когда выпивка заканчивалась, самый шебутной из нас собирал со всех деньги, приговаривая:
– Давай, не жмись. Все равно, когда на место приедем, деды отберут...
Когда поезд останавливался на крупной станции, шебутной выскакивал из вагона и возвращался, затаренный вином. И пирушка продолжалась.
А потом на какой-то махонькой станции нас выгрузили, сонных и хмельных, и повезли на армейском грузовике. Помню ухабистую лесную дорогу, частое слово «карантин» и койку с колющимся засаленным одеялом. Больше не помню ничего...
Нас было четыре взвода, но назывались они батареями. «Учебка» была составной частью дивизии, входящей в состав Ракетных войск стратегического назначения, и готовила младших специалистов для полков. На эмблемах для петлиц, что нам выдали вместе с парадкой, ботинками и фуражкой, красовались два перекрещенных пушечных ствола. Это означало, что мы не стратегические воины-ракетчики, а простые артиллеристы. Так было надо. Потому что – секрет. Адрес моего местонахождения тоже был секретным:...
Физподготовка
Физическая подготовка тоже занимала в день несколько часов. Я не помню ни одного из батарейцев, как бы он хорошо ни был подготовлен на «гражданке», которому все упражнения, предлагаемые в ШМС, давались бы легко.
Брусья и турник – основные снаряды. Главные упражнения на турнике – это подтягивания, подъем переворотом и выход силой на одну руку, а лучше на обе сразу.
Раз...
В советскую эпоху к военным и, в частности, к офицерам относились с большим уважением. Офицерский состав вообще считался элитой советской армии, что чаще всего соответствовало действительности. Конечно, тяготы воинской службы накладывали свой отпечаток, но большинство офицеров стремилось соответствовать званию военной элиты. ...
Каждый прекрасно понимает значение войскового тыла для успешных действий любого воинского подразделения – голодный и раздетый солдат не может хорошо воевать. За всю историю человечества имеется немало примеров, когда хорошо организованное обеспечение войск приводило к победе. Примерами тому могут служить организация бесперебойного снабжения в длительном походе Александра Македонского, устройство тыла со снабжением римской армии, что позволило успешно противостоять римским...
– Па-адъём!
К этому мы скоро привыкнем. Но поначалу казалось диким вскакивать по этому окрику с коек и выстраиваться в трусах шеренгу, тараща глаза и мало что соображая.
...
В полку служить было вольнее, нежели в «учебке». К тому же в полку я был чужой, а когда от меня отстали «деды», на меня вообще мало кто обращал внимание. Если бы не наряды по два-три раза на неделе, жить было бы можно вполне сносно.
...
К какому роду войск больше всего относились с юмором? К стройбату. В народе существует множество анекдотов, связанных со строительными войсками. И все это происходило из-за специфики формирования личного состава – порядка 90% военнослужащих этих войск представляли собой призывников из Средней Азии и с Кавказа. Поэтому основная масса русских молодых людей старалась избежать службы в подразделениях стройбата – уже тогда временами возникал вопрос, касающийся напряженных международных...
Когда я пришел в полк, то как «салабон» получил койко-место почти у самого входа в казарму. Через минуту моего появления в полку ко мне подошел «дед» и отобрал у меня парадный китель, дав мне взамен свой, на размер больше.
– Когда станешь дедом, сделаешь то же самое, – философски изрек он.
...
Хочу заметить, что проводы в армию и сейчас таким же образом справляют. Ну, разве что, на мероприятии малознакомых лиц меньше. Хотя, бывает по всякому, от организаторов зависит. А еще у нас, кругом, обрисованы дома, заборы, электробудки надписями типа "проводы Сани погранвойска - 1996. Санек держись!" или "проводы сиплого весна 93 - ВДВ. Сиплый мы с тобой, покажи им там!"
Как провожали тогда в армию, хорошо помню. Попойки были, действительно, знатные. Водка рекой, иногда с приключениями в процессе. Повод был хороший для всех выпить и погулять.
Да, провожали в армию в советские годы как на войну. Уходил одним из последних и "напровожался" так, что не мог смотреть ни на спиртное, ни на закуску, поэтому на своих проводах было очень скромно. Запомнилось также, что в купе спали на всех трех полках, для багажа тоже.
Верно. Мне в армии повстречался всего один парень с ромбиком вуза. А так военные кафедры при многих вузах освобождали от срочной службы в СА. Но в 70-х студентов было много меньше, нежели сегодня...
В армию шел с не великим но удовольствие. Хотелось. Служил конечно не далеко как раньше. Зато не жалею и даже горжусь. Друзей которые не служили уже не так уважал. С удовольствием рассказываю сыну и настраиваю его на службу.
Не помню, что бы у моих сверстников были мысли не ходить в армию. В то время это было уважухой. Гордились родители, родственники. Это воспринималось как зрелость. Переход из одной возрастной группы в другую.
Добавить объявление
Конкурс мини-рассказа
А какие закатывались проводы! Некоторые свадьбы казались рядовыми гулянками по сравнению с размахом проводов. Водка текла рекой, закусок не всегда хватало, поскольку провожать парня в солдаты приходили все: родственники, друзья, подружки, одноклассники, 
На вокзал мы приехали притихшими. Нас опять выстроили. Какой-то капитан, материализовавшийся невесть откуда, приказал сложить рюкзаки у ног, и мы почему-то тотчас подчинились. Прикажи он нам это сделать на «гражданке», его бы сразу послали известно куда. А тут...
